bike

12 цветов и 12 островов

Авторский блог Александра Йорка о путешествиях и саморазвитии


Previous Entry Share Next Entry
bike

Ужасный Баралача-Ла: лавина, падение и мертвый мотоциклист



Писать о втором перевале дороги «Манали-Лех» также трудно как по нему ехать. Не хочешь скатиться в слишком серьезное повествование. Но по-другому не получится никак. Мертвый человек – это не шутки, а реальность, от которого никуда не деться.

Все говорят, что обычно на Баралаче спокойнее и вся беда была конечно в снегопаде, который мы пережили ночью в палатке на 4000 метрах. Спасло то, что на следующий день нас приютили прекрасные индийские военные на своей базе и нам не пришлось ехать на 5000. А ему почему-то пришлось.



Утро. Я стою на пустой и прямой как стекло дороге в центре вселенского рассвета, когда в идеально чистом горном воздухе дальние снежные вершины уже горят утренним светом, а долина и окружающие ее склоны еще спрятаны в тени. Я прислушиваюсь, чтобы ощутить движение этой волны, которая скоро затопит окружающее пространство теплом и мы поедем наверх.



Наверху нас ждет перевал Баралача. Он большая достопримечательность. Во-первых, это по-настоящему высокий перевал. Люди, сидящие в это время где-нибудь на пляже даже представить себе не смогут, что через какое-то время два Саши и Варя будут парить на своих Энфилдах в пяти тысячах метров выше их шезлонга.

Во-вторых, это перевал через Большие (те самые) Гималаи, о которых вы мечтательно вздыхаете, когда смотрите фильмы про горы.

В-третьих, это что-то вроде водораздела между Индией и Ладакхом с Тибетом. С юга огромные муссонные тучи буквально упираются в стену гор и пропускают не так много влаги. Поэтому с одной стороны много снега, а с другой – начинается желто-красная марсианская пустыня.

Ждать перевалу осталось недолго. В невероятно прекрасном мире мы медленно плывем по склону высокогорной долины в направлении сверкающих вершин. Они – просто белое пятно в глазу. Кажется, что ты видишь недоделанное в фотошопе изображение с просвечивающим фоном из дырки в виде гор.



Дорога вдохновляет не меньше, чем окружающие пейзажи. Она асфальтовая, ровная и чистая. Даже снег по бокам тает по линеечке, не задевая ее покрытие. Мы проезжаем мимо знаменитого Зинг-Зинг бара, который считается единственным в мире баром, отмеченным на всех картах как населенный пункт. Потому, что в ближайшей местности больше ничего нет, а всем, кто едет по дороге нужен ориентир.

Мы тормозим дальше - в последней населенной точке перед перевалом. Это несколько домиков, закрытых колыхающимися на ветру желтыми брезентовыми тентами.



Тата-дальнобои, маршрутки, автобусы и конечно мотоциклисты делают здесь остановку на чай, туалет и фотографию.



Настроение выше всяких похвал! Погода, дорога, двухдневный отдых дают мне ощущение беспечной приятной поездки выходного дня. Попивая чай с молоком, я переглядываюсь с целым автобусом израильтян, которые пытаются сфотографировать все, что есть в поле зрения пока картинка опять не станет трясучей и смазанной.



После кафе дорога становится разбитой и покрытой грязью, выбоинами, песком, камнями. Она поднимается еще выше и теперь вокруг тебя становится больше снега. Он сползает по склонам, прячется по обочинам дороги, а потом совершенно неожиданно вырастает в трехметровые снежные коридоры.



Ребята ждут меня впереди. Когда мы стартуем, на дороге превращается в сложный заваленный рыхлым снегом серпантин с разворотами на 180 градусов. Еще выше начинается экстрим. Из-за того, что дорога до конца не расчищена после вчерашнего снегопада, она покрыта ледяными буграми, похожими на большие лежачие полицейские.



Мотоцикл абсолютно неуправляем на них и каждый раз визор шлема запотевает от напряжения, а сердце стучит как бешеное. Я смотрю в обрыв, который покрыт недавно упавшими камнями, оставившими след на свежем снеге. В голову лезут мысли о следе, который может оставить упавший байк.

Несмотря на сложность, адреналин и учащенный пульс, все это кажется веселым приключением. Каждый раз проезжая очередную ледяную горку, ты глубоко выдыхаешь, а затем радуешься. Знаете, как будто это не до конца по-настоящему. Не взаправду. Такой фильм у тебя в голове. Фотографии, над которыми вы будете смеяться, попивая потом дома горячий чай.

И тут я вижу человека. Он лежит на обочине дороги на спине головой к обрыву. Его лицо и грудь закрыты курткой. Рядом стоит старый Тандерберд, а за ним машина, у которой стоят индийцы и смотрят на тело. Мое сознание отказывается верить в происходящее. С абсолютно пустой головой и ледяным потом, который начинает ползти по спине, я спрашиваю у них что случилось.
- Он замерз насмерть – отвечают индийцы.
- Что с ним? – спрашивает Алекс, притормаживая рядом со мной.
- Он погиб, замерз насмерть – на автомате говорю я.

На лице Алекса появляется такое выражение, как будто в середине его любимого фильма неожиданно началась громкая идиотская реклама. Он рефлекторно качает головой, как бы отмахиваясь от этого.

Нет, нет, не может быть! В моем прекрасном веселом путешествии никто не должен замерзать насмерть! Через минуту ступора в твою голову прорывается воющий поезд реальности, у которого нет тормозов.

Ты понимаешь, что здесь и сейчас перед тобой лежит мертвый человек, который также как и ты ехал на мотоцикле, и замерз то ли во вчерашней непогоде, то ли сегодня с утра. Кошмар! Если бы я поехал вчера, я мог быть на его месте.

Минуту мы смотрим на происходящее, а затем уезжаем. Перед тем как крутануть ручку газа, ты в последний раз смотришь на эту картину и отмечаешь когнитивный диссонанс. Внешне перед тобой человек, но внутренне, ты совсем не ощущаешь, что это человек. Другими словами, ты чувствуешь отсутствие души. И стоящий рядом Тандерберд кажется более живым, чем его бывший владелец.

«Все чувак! Шутки кончились!» - шепчет страх в моей голове. Это событие вырывает тебя из всех мыслей и заставляет максимально концентрироваться на заваленной снегом дороге. Тебя как будто облили водой, твое зрение, слух и концентрация внимания работают по полной. Прекрасное солнечное утро резко превратилось в кошмар.

Теперь снегом покрыто все. Ты поднялся туда, где находятся ледники, которые растают к концу лета. Сейчас они выглядят как снежная пустыня, единственный контраст которой придает грязная дорога. Я еду мимо красивого озера Сурадж Тал (Suraj Tal), которое обнимают со всех сторон сугробы. Красоту можно ощутит только на фото потому, что находясь там, ты концентрируешься только на дороге перед тобой.



Дорога опять уходит вверх, мы останавливаемся у стоящих на ней автомобилей. Здесь пробка в одну сторону, а по встречке вообще никто не едет. Медленно крадясь вдоль припаркованных машин и фотографирующихся индусиков мы добираемся до самого верха. Здесь почти 5000 метров и мертвая пробка. Водители говорят парковаться и не занимать встречную полосу.



Узнаем что случилось. Оказывается, пока мы сидели на военной базе, здесь из-за снежной бури сошли лавины и теперь их постепенно чистят. Пока никого не пускают и нужно ждать когда откроют движение.



Начинается одно из самых жутких в моей жизни ожиданий. На небе ни облачка и солнце жарит так, что ты физически чувствуешь, что твоя кожа начинает запекаться как на сковородке. Поэтому ты не снимаешь шлем, иначе получишь солнечный удар и ожог. Здесь мало кислорода, поэтому каждое движение вызывает шумные вдохи и выдохи, похожие на старческие стоны.



Солнце бликует от белого безмолвия, окружающего все вокруг тебя и от этого начинает кружится голова. Тебе жарко, но ты не можешь снять экип так как думаешь, что сейчас откроют движение и ты будешь тормозить всех, пока будешь одеваться.

Ты как космонавт на другой планете в абсолютно враждебной среде, вынужденный ждать неизвестно чего. Ты садишься на байк, кладешь голову на руки и шумно дышишь с закрытыми глазами. В голове остается только пульсирующий звон подступающей горной болезни и шум твоего дыхания. Невозможно думать ни о чем. Ты становишься телом, которому нужно только одно – кислород.



Через 2 часа такой пытки начинается движение. Твое сознание немного плывет, но умное тело подкопило за это время резервы, необходимые для решающей схватки с Баралачой, а именно бесконечным спуском по грязно-снежно-ледяной дороге.

Ты находишься в длинной пробке, в которой машины и мотоциклы постоянно меняют скорость своего движения. Твоя задача подстраиваться под скорость и умудряться объезжать многочисленные препятствия, которые выскакивают из-под впереди едущих машин. То лед, то яма, то ручей со снегом. Тебе даже нельзя подумать как лучше проехать так как сзади все сигналят и подгоняют тебя.

Я вспоминаю придуманный на первом перевале закон: дорога с перевала всегда хуже, чем путь наверх. Причем неважно в какую сторону ты едешь.



В некоторых местах сочетается большой уклон, лед и знакомые ранее снежные лежачие полицейские, которые выросли в размерах и представляют просто бугры снега и льда с кривыми колеями от шин мотоциклов. На одном из таких препятствий я иду юзом, не удерживаю мотоцикл и кладу его на свою правую ногу.

Я инстинктивно вскакиваю, выключаю зажигание. Подходит водитель едущего сзади микроавтобуса и помогает мне поднять байк. Я благодарю его и вижу, как мои ладони трясутся и я не могу их успокоить.

Это именно тот момент, которым так хороши горы. Они бросают тебя в максимальный ужас, вызывая испытания, которые следуют одни за другим. И они закрывают за тобой дверь. Как бы ты не ныл, не боялся и не страдал, ты не можешь повернуть назад. Потому, что если ехать назад, будет еще сложнее. Мертвый человек? Два часа выжигающего солнца в отсутствии кислорода? Падение? Едь дальше.

Так ты учишься преодолевать трудности. Возвращаясь в равнинный мир, ты понимаешь насколько смешны твои бытовые проблемы, которым достаточно проблеска лени, скуки или страха, чтобы остановится и повернуть назад.



Понимая это, ты в каком-то роде сам перестаешь быть человеком. Ты оставляешь часть себя в этих горах. Ты перемешиваешься со своим мотоциклом и становишься машиной, у которой есть только цель. Пока хватит топлива ты будешь ехать вперед с головой без мыслей и эмоций.

В какой-то момент ты ощущаешь, что как будто обогнал свою душу, которая летит где-то позади байка и разглядывает какие нелепые движения ты делаешь руками и ногами, управляя мотоциклом. Ты где-то там, но точно не в себе. Может быть душа того индийца просто потеряло в метели едущее впереди тело?

Вы соединяетесь, когда ты видишь брезентовые крыши, которые говорят о том, что перевал закончился и можно остановится. Душа влетает в твое тело, когда ты падаешь на тахту внутри кафе и из-тебя вырывается даже не стон, а какой-то вой. Как-будто ты пробежал 50-километровый марафон.



Тело постепенно собирает себя в единое целое, а ты лежишь и смотришь как трясется ярко синяя брезентовая крыша под сильным ветром.





Партнеры мотопутешествия по Гималаям:


Oxygen

Талантливый дизайн интерьера
с решениями для экономии вашего бюджета!


Real China Tea

Высококачественный китайский чай
прямо с плантаций без посредников!



Больше в социальных сетях:  Вконтакте     Facebook     Instagram

  • 1
Anna Dyakina September 22nd, 2015

Как будто пережила это там с вами...ужас...и как вы решаетесь добровольно это пройти!?! Ощущения после этого стоят, да?


salvia_indica September 22nd, 2015
спасибо! вы так прекрасно и достоверно описываете! И вот эти наблюдения за горами - да, они и правда нас испытывают максимально. И обратно не повернешь.

ivanoffworld September 22nd, 2015
Да, будет что внукам рассказать !

Приветствую! будет продолжение? Очень интересно, неужели энфилд без поломок вернулся в дели?)

Sergey Rodin September 13th, 2016
Это что-то нереальное!!!

  • 1
?

Log in